Из дневника Корнея Чуковского:

Из дневника Корнея Чуковского:

«Никогда в жизни мне не было так грустно, — грустно до самоубийства. Каждый дом в проклятой слободе, казалось, был сделан из скуки — и все это превратилось в длинную тоску по Александру Блоку. Я даже не думал о нем, но я чувствовал боль о нем — и просил Лиду учить вслух английские слова, чтобы хоть немного не плакать. Каждый дом, кривой, серый, говорил: „А Блока нету. И не надо Блока. Мне и без Блока отлично. Я и знать не хочу, что за Блок“. И чувствовалось, что все эти сволочные дома и в самом деле сожрали его — т.е. не как фраза чувство­валась, а на самом деле: я увидел светлого, загорелого, прекрасного, а его давят домишки, где вши, клопы, огурцы, самогонка и — порхов­ская, самогонная скука.

И эту обреченную походку — и всегдаш­нюю невольную величавость — даже когда забегал в Дом литераторов перехватить стакан чаю или бутерброд, — всю эту непередаваемую словами атмосферу Блока я вспомнил — и мне стало страшно, что его нет. В могиле его голос, его почерк, его изумительная чисто­плот­ность, его цветущие волосы, его знание латыни, немецкого языка, его маленькие изящные уши, его привычки, любви, „его декадентство“, „его реализм“, его морщины — все это под землей, в земле, земля».